IRIN_SERGEV (irinsergev) wrote,
IRIN_SERGEV
irinsergev

«Крис Кельми и его демоны. Веселые заметки». Пост первый.

Мы читаем книгу Е. Додолева «Крис Кельми и его демоны. Веселые заметки».
Мы прочитали книгу от главы «Вместо предисловия. Дедарик маленького Криса» до главы "Как Андрей стал «Иванушкой»".
Исходя из биографии К. Кельми, он был основателем рок-групп «Садко», «Високосное лето», «Автограф», «Рок-ателье». К. Кельми один из основателей футбольной команды звезд «Старко». К. Кельми написал известные песни «Замыкая круг», «Ночное рандеву», писал музыку к фильмам и мультфильмам.
Крис Кельми один из основных людей в российском роке. В книге есть фото К. Кельми и Е. Додолева в разных частях света. После 90-х они много ездили по миру.
В начале книги есть достаточно неравнодушное вступление «От автора».
На наш взгляд, К. Кельми жил, как наша страна. До 90-х он был преуспевающим музыкантом. В 90-е начал выпивать, начиная с нулевых уже пил. После 90-х К. Кельми новых песен уже не написал. В Википедии написано, что К. Кельми автор более 200 песен. К. Кельми, как и многие другие, в начале 90-х искал известности и поддержки за рубежом. Но зарубеж сам нуждался в поддержке. По идее, нужно было опереться на один из регионов России.
В книге К. Кельми говорит много правильных вещей (отрывки из интервью разных лет):

"– Мне друзья часто ставили в вину: «Ты всегда в стороне, ты нейтрален и плывешь по течению». Правда, я стараюсь никогда не ввязываться в разборки в шоу бизнесе. Когда произошел этот раскол в «Старко» из за того, что были нарушены принципы профсоюза: от каждого по способностям, всем – поровну. А я хотел сохранить хорошие отношения и с «Фортуной», и со «Старко».
Это моя позиция – здесь, в этой стране, нужно двигаться путем компромиссов, не делая лишних жестов, иначе дело может кончиться стрельбой.
Помнится, это был 91 й год, когда я в последний раз решил искать правды в миру. Достаточно открыто высказался по поводу организации «Новогоднего огонька» и за какие заслуги дают эфир. Из моих уст даже прозвучало страшное по тем временам слово «взятка». Был скандал. Тогда мне показалось, что на меня поехала гора.
Сегодня это нормально – платные эфиры, подношения, конверты… Уродливая, унизительная система.
…– Были трудности?
– Куда же без них. Впрочем, нашему поколению безмерно повезло. Первую часть жизни мы жили тогда в коммунизме. Теперь – здесь. Имеем возможность сравнивать. А препятствия… без их преодоления неинтересно. Разве не так? – и он взглянул на меня «взрослыми» глазами.
… Арий Михайлович Кельми – это мой отец. Известный всей стране, кстати, гидростроитель».
К. Кельми был честным человеком. И он не похож на того, кто идет на компромиссы. В противном случае, и при капитализме К. Кельми жил бы прекрасно.
Его отец был известным человеком, цитата из книги про отца К. Кельми:

"Подался в Москву к тетке и после долгих мытарств (а причина, видимо, была та же) стал студентом МИИТа.
А заодно решил «понюхать пороху».
Слушая Ария Михайловича, удивляешься не тому, что совсем юный мальчишка стал проходчиком, взрывником в «Метрострое», а тому, что до сих пор с увлечением говорит о своей работе: «Вот эта порода, подземная часть – как живое существо. Или крепление из дерева – нужен определенный навык чувствовать, в напряжении ли оно, надежно или нет».
Позже, когда пришлось по командировкам мотаться из конца в конец Союза, из 50 градусной жары – в заполярный холод, его встречали словами: «Романтик приехал!» И прозвище «железный» – это тоже про него. Так окрестили Кельми журналисты, когда наблюдали его работоспособность и хладнокровие в сумасшедшие предпусковые дни на сдаваемых объектах.
Семь крупных станций Московского метрополитена построено при его участии: Электрозаводская, Киевская кольцевая, проспект Мира (бывшая Ботанический сад) радиальная, Первомайская, Щелковская, Кутузовская, Октябрьская (прежде Калужская). «Частенько попадаешь и смотришь – это и твоих рук дело.»
А иногда из прошлого пробьется вдруг острое чувство опасности… Проходили наклонный ход – эскалаторный туннель на Электрозаводской – в крайне тяжелых геологических условиях. Несмотря на то, что грунт замораживали, сверху постоянно прорывалась вода и получался водопад. И не спасал тент, который держали над головой. А взрывник, как и сапер, ошибается только один раз… Приходилось Кельми и в завалы попадать, вообще – много чего было.
А всего двадцать лет отдал он «Метрострою», прошел путь до главного инженера одного из управлений. Ну, а следующие двадцать с лишним лет посвятил строительству гидростанций. Был руководителем, главным специалистом.
Нурекская ГЭС в Таджикистане (кстати, на ее строительстве какое то время работал и Крис), Токтогульская – в Киргизии, Червакская – в Узбекистане, Колымская ГЭС, Хантайская – на Таймыре. Целый ряд объектов в Прибалтике, Сибири, на Дальнем Востоке. Строительство гидротехнического туннеля Арпа – Севан для наполнения из реки мелеющего озера – жемчужины Армении. Всего за годы работы налетал он на самолетах полтора миллиона километров.
По биографии Кельми можно нашу географию изучать. Историю, впрочем, тоже. «Заслуженный строитель Таджикской ССР» – это за Нурекский гигант, на строительство которого ушло 10 лет. Представляете себе туннель с поперечным сечением 400 метров! Наши строители были пионерами таких подземных сооружений. За остальные стройки – целая куча медалей ВДНХ.
Арий Михайлович работал взрывником, когда началась война. Под его руководством был организован отряд подрывников пиротехников. Начиная с линии фронта и следуя по пути отступления наших войск, они должны были производить минирование, а в перспективе – при наступлении – разминировать невзорвавшиеся бомбы и снаряды. В Англии подобные образования называли отрядами самоубийц. К риску самой работы добавлялась опасность от непрекращающихся бомбардировок. Прошел Кельми со своим отрядом от Смоленска до Вязьмы. Врезались в память и горечь отступления, и боль от утраты товарищей. А еще – странное расположение к нему судьбы, которое как бы связано с его профессией: бомбы, падающие рядом, казалось, должны были разнести все в клочья, но почему то не взрывались. И только под Вязьмой получил он ранения в голову и в ногу.
В разговоре выяснилось, что формально Кельми участником войны не является. Документы не сохранились, а бегать, чего то требовать – он считает для себя унизительным: «Подумают, что из за льгот. Для меня главное – что сыновья знают».
«Как мы в этот мир приходим?
В чем секрет простых мелодий?»
Если углубиться в семейные корни Кельми старшего, очень многие его родные – люди искусства, на разных, конечно, уровнях: кто – на любительском, кто – на профессиональном. А его стихия – скалы, порода. И сыновей поначалу сумел «заразить». Крис и его младший брат учились на том же факультете, что отец. В институте их звали «династия Кельми». Оба работали в «Метрострое». А старший брат – гидротехник".
К. Кельми, видимо, был похож на отца – человек, увлеченный профессией. Арий Кельми (отец К. Кельми) изъездил по работе всю страну, но он жил в советское время. Тогда и дисциплина была другая. А жизнь Криса Кельми, как он и сказал в интервью, была разделена на две части – на советское время и постсоветское. Возможно, у К. Кельми не хватило сил до конца призвать к порядку свое окружение. Он на свои проекты, сверстников выложился по полной. Может быть, была некоторая распущенность. К. Кельми мог взять на себя чужие пристрастия. Когда сильные и талантливые люди распускаются, их собрать-то трудно.
Можно долго рассуждать на эту тему.
Когда жизнь заканчивается, главное, что осталось после человека. Двое музыкантов из группы «Високосное лето» Ефремов и Кутиков до сих пор играют в «Машине времени».
Ситковецкий, начиная с 90-х работает за рубежом.
О. Кормухина поет, на данный момент еще и преподает.
Со всеми этими людьми в свое время работал и поддержал их К. Кельми.
Песни «Замыкая круг», «Ночное рандеву» знают все, это хиты на все времена.
После Криса Кельми осталось наследие, которым не все могут похвастаться.
Как прочитаем книгу Е. Додолева «Крис Кельми и его демоны. Веселые заметки» до конца, напишем следующий пост.
Tags: Мэтр классный forever
Subscribe

Comments for this post were disabled by the author