IRIN_SERGEV (irinsergev) wrote,
IRIN_SERGEV
irinsergev

Categories:

Книга Е. Додолева «Влад Листьев & «Взгляд». 101 штрих к портрету». Пост первый.

Мы приобрели книгу Е. Додолева «Влад Листьев & «Взгляд». 101 штрих к портрету» и начали ее читать.
В начале книги приводится слово «журналюги». Слово используется не Е. Додолевым (в книге есть интервью с представителями журналистского цеха. Также приводится их мнение по различным вопросам). На наш взгляд, слово «журналюги» не совсем корректное обращение к людям целой профессии. В любой профессии есть разные люди.

Цитата:"Адвокат Дмитрий Аграновский в дискуссии, что развернулась у меня в блоге, спросил:
«А кто помнит Листьева?».
Ну что сказать. Даже в медиа сообществе не все, увы. Журналисты = «дети минут» (© Цой). Сюжет живет день. Журнал – месяц. Они (мы) не производят смыслов, не ваяют шедевры. Писатель и поэт тем и отличается от публициста, пылающего моментом. Да, репортеры вершат порой революции, но лишь как пехотинцы, а не полководцы. И даже лучшие из лучших, мега реформаторы и первопроходцы преданы забвению. Владислав Николаевич Листьев перепахал отрасль, сменил ландшафт, разорвал шаблоны, но не снял ни одного фильма и не оставил ни одной строки. А ведь мог…
Так я написал.
Мой коллега по «Совершенно секретно» и экс сокурсник Листьева Дмитрий Лиханов ответил:
«Не мог. Он плохо владел письменным словом. Во всяком случае в универе»".
Листьев умел хорошо говорить. Кто умеет излагать свои мысли, тот обычно умеет писать. К примеру, по работе, родственникам я всегда писала и пишу. Все читали, но никто не задумывался, что я умею писать. Когда началось сотрудничество с Е. Додолевым, мы начали писать в общедоступном блоге. Выяснилось, что я умею писать в рамках правил русского языка и излагать свои мысли, чтобы они были понятны другим. Хотя в школе я не относилась к тем, кто подает надежды в этой области. У Листьева не было времени на написание книг, он был занят телевидением и не успел написать о том, что знает (мало прожил). Мы полагаем, если бы у Листьева была возможность написать книгу, его талант журналиста выявился бы воочию.
Цитата: "Роман Берестов:
«Большинство людей старше 40 отлично помнит Листьева. Хотя, если спросить, чем именно он запомнился – никто не назовет сюжеты из „Взгляда“, большинство вспомнит „Поле чудес“ или (немногие) „Тему“. Но, помимо того, что его помнят, как первого „шоумена“ страны, ещё он один из святой троицы: Цой (рок музыка, 1990), Тальков (поп музыка, 1991), Листьев (шоу бизнес, 1995). Хотя всех вместе, в варианте „три самых громких смерти начала 90х“, обсуждений я не встречал, но именно смерть на пике популярности будет являться центральной темой в разговоре о любом из них. Можно провести эту параллель, а можно не проводить. Думаю, внезапная смерть, например, Урганта от рук киллера и сейчас была бы всеобщей темой на месяц вперёд. А тогда и народ был чувствительнее, и шоуменов ещё не расплодилось тысячами. Обаяние, „народность“, лихость, огромная популярность и громкая смерть. Такой „коктейль“ большинством запоминается машинально. Помимо этой троицы, ещё Женя Белоусов имел „коктейль“, как у Влада. Но у Жени не было таинственной и интригующей смерти, и не было масштабной панихиды. Народ их любил, а за что – неважно. Душу они народную понимали, наверное»".
Мы ранее не рассматривали Листьева вкупе с этими людьми. На наш взгляд, Цой погиб потому что устал. На группу «Кино» обрушился очень большой успех, заодно страна. Не всегда хватает сил, чтобы вытянуть такую нагрузку. Насчет Талькова трудно сказать. В случае Талькова было много самопиара. Похоже, Тальков один из первых жертв того времени, связанного с бандитизмом.
Листьева застрелили – хотели просто напугать или же это был заказ, мы этого не знаем. Но смерть этого человека взвалила на власть бандитизм, который тогда расцвел в стране. Листьев пошел против. Он думал, что решает коммерческие вопросы ОРТ. На деле положил начало тому, что в впоследствии в стране был остановлен бандитизм. Хотя преступные группировки тоже связаны с денежными вопросами. Это имеет место быть.
Далее в книге рассказывается о создателях «Взгляда» - о руководителях программы, о тех, кто ее придумал, а также о тех, кто в дальнейшем выпускал передачу.
В книге одним из интервьюируемых озвучивается мысль, что «Взгляд» был оригинальной программой. В дальнейшем Листьев выпускал лицензионные передачи. «Взгляд» зародился в СССР, и самые известные годы этой передачи пришлись на советское время. А дальше был развал СССР, и Россия пошла по капиталистическому пути. Соответственно, и передачи капиталистические. Хотя все лицензионные передачи, которые выпускал, Листьев адаптировал под нашу страну и вел их с душой. Почему-то в книге Вульф описывается фразой «странный». «Серебряный шар» вначале выпускался на ОРТ (Первый канал), впоследствии - канале «Россия». Возможно, дело в этом. У Вульфа, может быть, и была нетрадиционная ориентация. Но это не отменяет того, что он выпускал одну из лучших передач об искусстве и людях искусства.

Цитата: "Для каждого выпуска «Темы» ВЛ снимал около полутора часов материала. Половина отснятого затем выбраковывалась".
Получается, Листьев был требователен в профессии.
Цитата: "Даже общаясь с журналистами в 15 летнюю годовщину гибели Влада, мать Валерии высказывалась о своем экс возлюбленном не самым лестным образом: «Истории про резаные вены мне знакомы, когда муж брал тупой нож и шел на кухню. Но кто будет перед самоубийством предупреждать об этом родных?".
У меня тоже был знакомый, который периодически пытался резать вены кухонным ножом. Но я его запомнила не в связи с этим. Возможно, суицидальные истерики закатывала сама Есина. Все это выходило через поведение Листьева. Если бы это были не ее настроения, Есина про Листьева помнила бы другое.
Далее Е. Додолев в своей книге пишет:
«В конце 2014 года, во время работы над документальным фильмом (вместе с Кривцовой), я предложил сравнить данные ДНК Александра Владиславовича Листьева (которого Владу родила Лялина) и Валерии Владиславовны Листьевой.
Однако идея ни у кого не вызвала энтузиазма».
ДНК-то не дали сделать. Это о чем-то говорит.
Цитата: "33. Со своей последней возлюбленной, Верой, которая была гинекологом его жены Альбины, ВЛ познакомился, играя в теннис. Как говорили друзья: «Ну и доигрались до большой любви».
34. 2 марта 1995 года Вера тайно проникла в морг, чтобы попрощаться с возлюбленным.
35. С официальных похорон 4 марта Веру вывели силой»".
Странно, что Вере не дали присутствовать на официальных похоронах. Брак браком, а попрощаться все имеют право. В принципе, есть такое понятие, как пиар на имени ушедшего супруга. Последнюю любовницу Д. Кеннеди убрали то ли руками ЦРУ, то ли еще кто-то имел отношение к ее насильственной смерти. Но на имени Кеннеди после его смерти пиарилась только Жаклин Кеннеди. Так что, вывод с похорон не самый печальный случай. Бывает и хуже. Люди стараются наследовать не только деньги, ни и пиар после смерти.
Цитата: «37. За день до роковых выстрелов в печать отправили номер «Огонька», приуроченный к женскому дню 8 Марта, в котором был заверстан опрос читательниц, согласно коему Листьев был признан идеалом мужчины в нашей стране: он этот номер журнала так и не прочитал».
Листьев был харизматичным человеком.
Цитата: «42. Второго марта в 13.07 Президент России Борис Ельцин выступил в прямом эфире и лично признал себя виновным в разгуле преступности в стране».
О чем мы и писали – на власть после смерти Листьева взвалилась ответственность за преступность в стране.
Цитата: «43. Мать Влада вскоре после убийства сына погибла в ДТП (1996 год). Была в тот момент нетрезва, и, хотя многие говорили про «устранение» (женщина стала одной из наследниц состояния), следствие пришло к выводу, что это несчастный случай (Зоя Васильевна переходила многополосное шоссе, и ее сбила машина)».
Про устранение трудно сказать, но человека морально довести можно.
Цитата: «46. В августе 1996 года в Грузии арестовали одного из «солнцевских» – Игоря Дашдамирова, утверждавшего, что Листьев был связан с лидером этой ОПГ Сергеем «Михасем» Михайловым. Посредником якобы был Саша Цыган (Макушенко). В день выхода статьи об этой возможной связи вор в законе Цыган был убит».
Тогда время было такое. Все знали, если не лидеров ОПГ, хотя бы участников.
Возможно, И. Дашдамиров на допросе по заказу озвучил фамилию Цыгана. Цыгана могли подставить свои же в ходе выяснения отношений в преступном мире. Убийство Листьева громкая история. Цыгана могли подставить через эту историю. А причины для убийства Цыгана могли быть совсем другие, а не гибель Листьева. Цыгана могли привязать к убийству Листьева, чтобы запутать следствие.

Цитата: «51. В отличие от большинства своих коллег в студию ВЛ приходил за несколько минут до «мотора» и даже в формате «Часа пик» (беседа «один на один») не беседовал с гостями до начала эфира. Это был высший пилотаж, как на подножку отходящего вагона вскакивать. И при этом всегда уезжать в нужном направлении».
Получается, В. Листьев был высококлассным тележурналистом.
Цитата: «Теперь вопрос «Кто не помнит?» перестал, похоже, звучать риторически.
Но и не звучит трагически. Снова придут молодые со старым грузом проблем и опять будут пытаться донести до людей каждый «свою» правду, бессмысленно тратя силы, здоровье и жизнь на покорение холодного олимпа славы».
Понятие слава есть. Но кроме славы есть то, что человек реально сделал. Листьев, кроме передач, которые им были выпущены, своей смертью дал толчок тому, что в России занялись вопросом преступности, которая в те годы захлестнула страну.
Цитата: «60. Владислав порою ошибался. Нет, не был монахом и святым. Увы, так и не канонизирован: в серию «ЖЗЛ», допустим, книгу о нем отказываются включать.
Но помню я, что был он лучшим.
И не только в ТВ‑ремесле».
Возможно, есть те, кто завидует прижизненной и посмертной славе Листьева. Кто-то так и не смог достичь того, что сделал Листьев. Эти люди в отличие от Листьева живы, и могут мешать публикации книги о нем в ЖЗЛ.
Цитата: "61. В марте 2011 года истек срок давности по сакраментальному «делу Листьева». В тот день оговоренные законом пятнадцать лет минули с того вечера (20 часов 38 минут) 1 марта 1995 года.
При возвращении со съёмок программы «Час пик», ТВ кумир страны российской Владислав Листьев получил две пули (в руку и голову) на площадке между первым и вторым этажами в подъезде дома по адресу Новокузнецкая улица, дом 30".
В книге описывается, что над «Взглядом» работало 150 человек. Телевидение, как и многие организации, коллективный труд. Листьев после программы «Взгляд» пошел дальше – он создавал другие проекты. Получается, хоть «Взгляд» и создавался коллективом сотрудников, Листьев, выпускавший в последующем на телевидении другие программы, был самостоятельным журналистом. Заголовок книги гласит, что в данном случае речь идет о Листьеве. Поэтому мы внимание сконцентрировали на Листьеве. Хотя в книге описываются и другие люди, а также приводится их мнение о программе «Взгляд».
Цитата: «101. Многие, считают, что «Взгляд» умер после того как «Огонек» опубликовал в начале 1991 года интервью Мукусева «Взгляд изнутри». Владимир комментирует:
«Произошло то, чего я и добивался, давая это интервью. Правда о том, что происходит во «Взгляде» и почему так резко падает его популярность, перестала быть тайной «Останкинского двора». Но есть тут одно и очень существенное «но». Интервью «Огоньку» я давал в конце октября 90 го года, когда о закрытии «Взгляда» и разговора не было. А было напечатано оно в январском номере «Огонька» в 91 м, уже после закрытия «Взгляда». Для большинства людей два события совместились. Хотя связи между ними не было. Мало того, некоторые детали того интервью после закрытия передачи перестали быть актуальными, и если бы оно не было уже набрано и отпечатано, я бы, конечно, о них умолчал.
А дальше я, как на машине времени, перенесся в 1937 й – руководители редакции и комитета организовали настоящий суд, который назывался «редакционная летучка», и прошел он 9 января 1991 года. Упаси меня Бог ставить себя в один ряд с теми беззаветными и мужественными людьми, которые попали в сталинскую мясорубку. Это святые люди. Я говорю не о прямой аналогии, а о той атмосфере и о том сценарии, по которому проходило это судилище.
Слышал бы ты, например, ветерана редакции, большого друга Главпура и ЦК ВЛКСМ (по сценарию, вероятно, сначала должен был выступить ветеран, потом молодой, потом бывший друг, который бы «прозрел и покаялся», ну и, вероятно, в конце представитель Красной Армии и какая нибудь беременная ударница дорисовали бы портрет врага народа гада Мукусева).
Кстати, вспоминая, что я, между прочим, уже 13 лет в редакции и что, вероятно, имею право судить о том, что в ней происходит и что не нравится, но говорить о партии в уничижительных тонах, требовать суда над ней, да еще в качестве примера ссылаться на деятельность редакционного парторга – я не имею права.
«Молодой» от имени 20 летних защищал руководство «от грязных вылазок и оскорблений», хотя сам, правда, в курилках был куда смелее меня в оценках его деятельности.
Эти люди телезрителям известны, и я их называть не желаю.
Были и еще «выступления ораторов». Но, к ужасу организаторов, сценарий был нарушен почти в самом начале. И нарушителями были те, кто знает меня не первый десяток лет. Те, кому так же, как и мне, небезразлична судьба редакции, а вернее, тот развал, который происходил с ней после прихода на должность главного редактора бывшего комсомольского работника Пономарева. Это были авторы целого ряда блестящих передач, последней из которых «Что? Где? Когда?» – я думаю, уготована судьба быть признанной лучшей телепрограммой 80 х – Наталия Стеценко и Владимир Ворошилов. Нет, они не защищали меня, но они категорически возражали против самого судилища и предлагали посмотреть на редакционную жизнь с разных сторон. Но их не услышали. Нужно было добить Мукусева.
Конечно, каждый имеет право на собственное мнение и, вероятно, я мог бы поспорить и с Региной Ильченко, и с Ваней Демидовым, и с самим Любимовым по сути их рассуждений, но это никого не интересовало, да и мне говорить особенно не хотелось, так как по выступлениям и отдельным репликам я понял, что мое интервью многие просто не читали. Повторяю, любая позиция, высказанная честно и открыто, имеет право на существование, как бы она не нравилась либо наоборот кому либо. Но тогда, в январе 91 го, о выяснении позиций разговор не шел. Но ни откровенное хамство, ни передергивание фактов, ни злобные реплики не потрясли меня тогда так, как молчание многих, а особенно того, кто назывался моим приятелем, того, с кем мы провели не только сотни часов в монтажных, на съемках, в командировках, но и десятки часов в откровенных беседах у меня дома, куда он был вхож в любое время суток и где его искренно и нежно любили. Мало того, что и Политковский промолчал. Во время летучки он тихо, незаметно пересел от меня туда, где бушевала команда Любимова…
Еще в 1978 году, когда я переехал из Ленинграда в Москву и меня взяли на работу администратором в Главную редакцию программ для молодежи ЦТ, я был убежден, что уйду из нее только на пенсию.
И все годы моей работы там те, кто составлял костяк редакции и имена которых знала вся страна, и те, чьи фамилии в титрах наших передач мало что кому нибудь говорили, передавали мне свои знания, опыт, мастерство. И не только в профессиональном плане. Меня учили жизни, в полном смысле этого слова. И я до последних дней буду помнить об этом. Именно благодаря этим замечательным людям я прошел путь от администратора до главного выпускающего программ и ведущего «Взгляда». И как хотелось работать дальше! Но руководство редакции и телевидения вместе с ВИDовскими кукушатами решили по своему. На следующий день после этого гнусного спектакля главный редактор Пономарев заявил мне, что, конечно, как депутат я могу остаться работать в редакции, но товарищ Кравченко считает, что с моими политическими взглядами в идеологической организации, которую возглавляет коммунист, мне делать нечего. Кроме того, есть коллективное письмо, в котором мои коллеги отказываются со мной работать. Это было уже слишком. Я потребовал показать мне его. И что же выяснилось? Действительно, четыре человека подписали такое письмо отречение. Одна фамилия мне была вообще неизвестна. Две другие подписи принадлежали девочкам, которые пришли в редакцию два месяца назад, редактировали тексты Кириллова и к «Взгляду» практически не имели отношения. А возглавляла список «отреченцев» подруга моей бывшей жены, в свое время написавшая «разоблачительное» письмо пасквиль руководителям редакции.
А теперь давай думать: кто от этого выиграл? Я, естественно, проиграл. Потому что потерял то главное, ради чего жил. Не просто работу, а работу любимую, работу, которую, ей Богу, знал и умел делать не хуже, а лучше многих. К сожалению, дрязги и скандалы в творческих коллективах, в том числе в телевизионных редакциях, неизбежное зло. Но не везде. Мой небольшой опыт работы в составе команды фирмы Донахью и в Москве и в Нью Йорке говорит о том, что там все без исключения работают на одного – лидера, чаще всего ведущего программы. Это ставит все и всех на свои места. И места для амбиций, сплетен, доносов там нет и быть не может. Случайные из таких команд изгоняются немедленно, иначе страдают все. То есть работают только те, кто может работать. У нас же все наоборот. Стоит тебе доказать делом, что ты можешь работать не только за кадром, но и в кадре и быть лидером команды, как ненависть твоих же коллег растет прямо пропорционально твоей популярности, причем не тех, с кем ты работаешь непосредственно, т.е. режиссеров, авторов, операторов (которые и делают в конечном счете тебя звездой), а тех, кто при этом лишь присутствует, вечно жалуясь на маленькую зарплату, огромную занятость и некомпетентность и бездарность лидера.
Ведь «Взглядом» назывались две по сути разные программы. Разные по манере ведения, монтажу, содержанию, и это было нормально. Мало того, в этой своеобразной конкуренции выигрывал зритель, потому что кто то любил Мукусева и ненавидел Любимова, кто то наоборот, а смотрели все. Ведь в главном – нашей политической позиции – и в оценках происходящего в стране, в истории «Взгляд» был един. Вот почему мы так долго лидировали в списке популярности. Меня не стало. И что? Ведь все осталось у ВИDа. И деньги, и прекрасная аппаратура, и тысячи обслуживающего персонала, и вдруг ставшее ласковым начальство, и сам этот голубой куб «Останкина», а главное – эфир, прямой эфир на многомиллионную аудиторию. Пожалуйста, ребята, работайте! И что же? Какие то обозные матадоры и шоу биржи? И это на том месте, где три года существовал некий журналистский храм под названием «Взгляд»?! А сегодня (1992 год – Е.Д.) вместо разрушенного «Взгляда» некая лужа под названием ВИD. Руководители которого со страниц газет кичатся своими доходами, а Передача то где? Зачем тогда все это? Кто спорит, нужны.
Ой как нужны сегодня и «поля чудес» и музыкально развлекательные молодежные шоу. Но не вместо, а вместе с настоящей публицистикой, яркими, острыми политическими программами. И критерий оценки должен быть один – не удобство и благожелательство очередного телевизионного либо просто президента, а качество, мера таланта, уровень передачи и ее создателей. Можно по разному относиться к телевидению времен застоя. Безусловно, прежде всего оно было частью чудовищной системы оболванивания людей. Но хоть и подлецы, но далеко не дураки работали на Старой площади. И подбирали они штаты в средствах массовой информации далеко не только по принципу политической благонадежности, личной преданности и верности «идеалам коммунизма». Профессионализм – вот что стояло зачастую на первом месте. Да, трудно, практически невозможно было говорить с экрана правду, не прибегая к эзопову языку, но в то же время не было и не могло быть халтуры. За нее люди изгонялись с телевидения даже скорее, чем за смелость в высказываниях. Сегодня же те, кто не имел доступа на широкий экран, лишь по причине своей профнепригодности заполонили эфир огромным количеством дешевки, пошлости, не скрывая при этом своих элементарных меркантильных интересов. А разве в кино, в театре, литературе сегодня положение лучше? И так будет до тех пор, пока в храме искусства – телевизионного, театрального, любого другого, будут хозяйничать торговцы».
Мукусев говорит о том, что в советское время телевидение было качественное. Мы не сравниваем сегодняшнее телевидение и советское. В сегодняшнем телевидении есть свои интересные программы. Просто констатируем мнение Мукусева о телевидении того времени. Далее в книге описывается, что Листьев стал вести «Поле чудес» и в этой программе доказал, что он профессионал в своем деле.
Далее в книге речь идет о Ломакине. Похоже, этого журналиста Горбачев использовал в своих целях. Возможно, Ломакин сам симпатизировал Горбачеву.
Дальше очень серьезный текст идет от профессионала телевидения Мукусева. Он во многом прав. Лысенко на данный момент руководит каналом ОТР, это качественное телевидение (о Лысенко тоже есть в книге). Мукусев имеет право на свое мнение. Возможно, Лысенко в то время кто-то подставлял. Лысенко после «Взгляда» продолжил телевизионную деятельность, и делает хорошее телевидение. Значит Лысенко отвечал и за «Взгляд», и за остальное. Если человек является профессионалом и отвечает за работу коллектива, он в дальнейшем сможет продолжить профессиональную деятельность. Что Лысенко своей работой на ОТР и доказывает.
Что же касается деятельности самого Мукусева, он в 90-е пошел против коммерциализации телевидения, так как это влияло на качество отрасли. В книге описывается интервью Мукусева «Огоньку». За это его уволили из телевидения. Мукусев уехал работать в Новосибирск. Получается, это были верные шаги (интервью и отъезд). Возможно, принципиальное отношение к профессии, и дальнейшее продолжение деятельности в одном из регионов спасло жизнь Мукусеву. Судя по интервью, Мукусев честный человек и высокопрофессиональный тележурналист.

Цитата: “Я в свою очередь рассказал Диме как однажды Листьев удивил всю «молодёжку», дико подставив коллег – он в назначенный час попросту не явился в студию. А эфир был прямой как шпиль Останкинской башни.
И реакция – со свистом, словно падение с той высоты. Анатолий Лысенко – при всей вкрадчивой своей мягкости – рассвирепел не на шутку, поскольку неявка на выпуск была перебором по любым понятиям.
Это было даже круче, чем эпизод одного из первых выпусков, когда приехавший из Японии Владимир Яковлевич Цветов презентовал ребятам какую то чудо банку саморазогревающего сакэ и Влад выдул ее прямо в эфире, на какое о время просто выпав в осадок. Задача операторов была – не брать общий план, чтобы зрители не увидели склоненную на руки голову ведущего.
Короче, Ломакин рассказал, что «Лысый» попросил его быть партнёром в ультимативном разговоре с «Листом». Либо «завязка», либо вон»”.
Существуют разные версии того, кто остановил склонность Листьева к возлияниям. Судя по книге, оказывается, это сделал А. Лысенко.
Tags: Мэтр классный forever
Subscribe

Recent Posts from This Journal

  • Новости 3.

    https://www.kommersant.ru/doc/4771913 Цитата: «США пересмотрели сроки вывода своего военного контингента из Афганистана, сообщил представитель…

  • Фильм «Чаплин».

    Мы посмотрели фильм «Чаплин» (1992 г., режиссер Р. Аттенборо). https://ru.wikipedia.org/wiki/Чаплин_(фильм) Цитата: «Фильм повествует о жизни и…

  • Новости 2.

    Мы сегодня по телеканалу «Мир 24» посмотрели сюжет под названием «Союзмультфильм: как устроена легендарная студия?» (передача «Специальный…

Comments for this post were disabled by the author